– Ни хрена себе! – изумился француз. – Ребята, осторожнее, они летают!
Ревеню прислонился к шершавому смолистому стволу и довольно быстро вычислил летуна среди еловых лап. Очередь, и тот рухнул, ломая ветки.
– Мой готов! – сообщил Клод.
– А наш еще нет, – буркнул Мбида стреляя.
Танк навел камерунца, Дориго и Келлера еще на одного чужака в дальнем от «Рейнджера» уголке маленького парка под защитным колпаком. Чужак прятался среди стволов, потом нырнул в лощину меж двух крутобоких холмиков, и оттуда остервенело отстреливался. Танк вертелся на пятачке перед лощиной, потом вдруг перестал шевелить башней и откатился в сторону – чужак в плаще умудрился в него попасть.
– Ну, козел! – возмущенно выдохнул МакМаннаман. – Башню заклинило!
Мбида, чертыхаясь всадил в черный зев лощины несколько взрывных, грохот стоял, как на полигоне. Продолжая чертыхаться, перезарядил «Шкар». А Келлер, взобравшись по едва ли не отвесному склону, вдруг разглядел в полутьме дурацкий фиолетовый плащ. Долго стрелять ему не пришлось.
Чонгради и Белов обежали абдуктор вокруг; в той стороне ни одного летуна не оказалось ни у земли, ни в небе.
– Костя, дуй в корабль, покараулишь сонненького! – попросил Пир, которому не терпелось догнать Ивасаки и Завадского.
– Иду, Пир, – тотчас отозвался Белов. Запел отворяемый люк.
Если Пир правильно понимал, коридор с креслами в конце-концов должен был еще раз свернуть налево. Так и оказалось. Пир добежал до поворота; за ним обнаружился совершенно целый конус силовой установки с радостно пульсирующим стержнем. А это значило, что научники к вящей радости выковыряют из конуса некоторое количество своего драгоценного элериума-сто пятнадцать. В тупике светился красноватый столб света над единственной красноватой же плитой в полу; рядом нерешительно топтались Ивасаки и Ник.
Пир приблизился.
– Если я не ошибаюсь, это лифт, – обронил японец задумчиво. – Но как им пользоваться? Как дверью, мысленно?
По-английски Ивасаки говорил медленно, с видимым тщанием выговаривая каждое слово.
– Попробуй, – почему-то шепотом сказал Завадски и пожал плечами. – Что мы теряем?
Ивасаки встал в столб света и вдруг его плавно подбросило вверх и втянуло в точно такой же красноватый квадрат на потолке. Сверху донеслись выстрелы и Завадски, чертыхнувшись, тоже встал в столб света и тоже вознесся горе. Пир прислушался: выстрелы прозвучали только из лазерника.
Ивасаки, поднявшись на второй уровень, сразу же увидел метрах в пяти от себя чужака, и, не мешкая, выстрелил. На втором этаже, похоже, находился единственный отсек в центре, а опоясывал его узкий коридор. Ивасаки, держа наготове лазерник и шокер, пошел в ту сторону, где валялся убитый летун, с облегчением обнаружив за плечом Завадского. Поднявшийся третьим Пир пошел в другую сторону. Пир быстро уперся в тупик.
А Ивасаки и Ник обогнули отсек, и по диагонали от лифта за очередным изгибом коридора японец разглядел стоящего боком чужака. Точнее, не стоящего, а висящего. Не касаясь пола своим странным, заменяющим ноги, шаром. Ивасаки на миг замер, вжавшись спиной в стену, а потом прыгнул вперед, вытянув шокер. Треснуло, запахло озоном, и летун молча растекся по полу.
Тотчас дверь центрального отсека приоткрылась на полсекунды, и плечо Ивасаки вдруг взорвалось оглушающей болью. Он выругался по-японски, и упал на одно колено. Завадски мгновенно оттащил раненого в сторону и отстегнул с пояса чудо-аптечку. Анализатор зажужжал, потом аптечка вколола японцу обезболивающее, стимулятор и биораствор. Боль отступила. А Завадски, оставив аптечку напарнику, вновь вернулся к двери и открыл ее мысленным усилием, отбил плюнувший зеленым ствол плазменника своей винтовкой и ткнул фиолетового «Стан родом». Озоном запахло еще сильнее.
Теперь Завадски готов был упасть на квадратные плиты пола, и стрелять, стрелять стрелять…
Но в рубке больше никого не было. Семеро пришельцев были мертвы, а трое – целых трое! – оглушены и вполне готовы к упаковке в серебристые транспортные коконы научников.
– Ты как, дружище? – спросил Ник японца, поднимаясь с пола.
– Жив. Не совсем цел, но жив, – отозвался тот. Лицо Ивасаки было бледным, как свет в рубке абдуктора.
Ник помог ему подняться. Навстречу выскочил Пир, и на лице его цвела досада.
– Ну? – спросил он нетерпеливо.
– Двое, – довольно сказал Ник. – Оба живы, там валяются. Правда, Ооно ранили…
Пир вздохнул.
– А я никого не встретил.
Они пошли к лифту, придерживая ослабевшего японца.
– Ребята, заберите языков, пожалуйста, – попросил Ник, устало шевеля губами перед микрофоном шлема. Только сейчас он понял, что действительно смертельно устал.
«Долетим до базы – тут же позвоню бабушке», – подумал он решительно.
Перед лифтом внизу они столкнулись с Адамом Дориго, венгром Чонгради и Везунчиком Ревеню.
– Где ваши пленные? – весело спросил француз.
– Там, – ответил Ивасаки. – Наверху. Найдете. Только ближний мертв. Вот вам шокер, если что, а ружья мы у них разрядили.
С таким уловом возвращаться на базу было совсем не стыдно. Упакованных в коконы пленных тут же увезли на высоких серебристых тележках. Раненого Ивасаки загнали в медицинский блок, несмотря на вялые его протесты.
Когда Пир выполз из душа и обессилено повалился на койку, позвонил Валерка Смолянинов.
– Эй, Пир, знаешь кого вы отловили? – весело спросил он.
– Безногих инопланетян, – отозвался Пир. – Отстань, я отдыхаю.
– Точно. И не солдат, заметь! Навигатора, медика и родового лидера. Кажется, он у них вроде замполита.
Пир, не шевелясь, спросил:
– Ты-то откуда знаешь? Двух часов еще не прошло, неужели раскололи?
– Ван Торенс сказал, – пожал плечами Валерка. – Ладно отдыхай.
Он отключился.
– Вот спасибо! – проворчал Пир и сам не заметил, как заснул.
Глава седьмая.
Март-май 1999.
После второго террора пришельцы почему-то притихли. То ли икс-комовцы наступили им на любимый мозоль, то ли просто инопланетяне зализывали раны. Доселе безнаказанные их набеги вдруг оказались не таким уж безопасным делом – земляне учились защищаться, и порой переходили в наступление. Небольшие тарелки, сбиваемые в самых разных уголках планеты, захватывались без людских жертв. Пир уже перестал считать миссии – счет перевалил за второй десяток. Кроме операции по захвату абдуктора, оперативники по-прежнему сталкивались лишь с сектоидами, и реже – с человекозмеями, но научники, усердно вытягивающие информацию из пленных инопланетян, сказали, что помимо трех рас, с которыми уже встречались икс-комовцы, в экспансии чужаков на Землю участвуют еще несколько. Так что нужно быть готовыми к столкновению с самыми разными созданиями. Изучили флоатеров как биологический вид. Если разобраться, то эти чужаки были больше чем наполовину машинами. Масса кибернетических внедрений и сращиваний искусственных элементов с живыми тканями делали их очень опасными противниками. Тот самый непонятный шар, на который опиралось тело флоатера, был, ни много, ни мало, миниатюрной антигравитационной установкой. Именно благодаря этой установке флоатеры совершенно свободно летали. С человекозмеями оказалось сложнее – их тела сильно повреждались выстрелами из лазерного оружия и научники жаждали получить живого инопланетянина. Сильно жаждали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
